Главная

Книга

(правовой эксперимент):

Раздел 1.

Раздел 2.

Раздел 3.

Раздел 4.

Раздел 5.

Раздел 6.

Раздел 7.

Раздел 8.

Раздел 9.

Раздел 10.

Раздел 11.

Раздел 12.

Раздел 13.

Раздел 14.

Раздел 15.

Раздел 16.

Законы Божьи

Коррупция

+ Криминал

+ Милиция

+ Прокуратура

+ Следствие

+ Суд

+ Чиновники

+Законодательство

+ Архив

Контакты

Наши партнеры

                                        Суд и коррупция

---

---

 Ворон ворону глаз……..может выклевать.

В легендарной замечательной нашей крымской газете «Крымская правда» 9 августа появилась статья « С завязанными глазами и развязавшимся языком».

Отдавая дань, без комплиментов, традициям газеты по освещению злободневных и для многих больных вопросов в корректной  и сдержанной форме, хочется и на этот раз отметить сдержанный стиль и профессиональное  искусство корреспондента, изложившего острейший материал в корректной форме с многозначительной паузой.

Конечно же,  для газеты с такими многолетними традициями этот корректный стиль допустим и необходим, так как газета предназначена для широкого круга читателей, основная масса которых, если и сталкивалась с беспределом правоохранительной системы в целом, в том числе и судейским, то не на профессиональном уровне.

Однако в данной статье речь идет о непосредственных участниках судебной системы, которая уже давно стала, притчей во языцех, по своему судейскому беспределу, с точки зрения законодателя. Начиная с руководства государства, кончая школьником начальных классов, юристы и не юристы, все говорят о нарушении Закона самими судьями.

Конфликт, который возник в этом звене правоохранительной системы и на таком уровне, доказывает старую мудрую истину – рыба гниет с головы и опровергает другую, вопреки Законам природы – ворон ворону глаз не выклюет. Оказывается, выклюет.

Этот конфликт не случаен. Он закономерен. Более того, конечно ставит вопрос все о той же неубиваемой и бессмертной коррупции. И это доказывается произошедшими событиями. Анализ проведем с Вами позже.

Конфликты в судебной системе, практически, не должны возникать, разве только если кто-то не пришел, вообще, на работу, без уважительной причины, или вышел в зал заседания в трусах, так как все судьи не должны подчинятся, никому, а только подчиняются одному богу, его Величеству Закону.

Ну а если бы было так на самом деле, то откуда бы взялся изложенный в «Крымской правде» конфликт?! Ведь, по идее, Закон то должен быть для всех один, поэтому конфликты в этой системе, исключены самим Законом.

Да нет, уважаемый Человек.

Закон в этой системе, далеко не один и далеко не для каждого, а давно множество  индивидуально для каждого  и существуют они в виде Мнений Кодексов Украины.

Этот конфликт, как никакой другой, отражает, как в зеркале, глубокие пороки судебной системы Украины.

Академик Я.Н.Бронштейн исследовал материал социально-правового эксперимента при участии персонажей, суд - Человек.

Автором этой статьи исследуется материал, по практическому правовому эксперименту, собранному в течение семи лет, с участием персонажей, правоохранительная система - Человек.

Нам представляется необычнейший материал, преподнесенный самими анигероями системы, с участием персонажей суд – суд, где и одна и другая сторона обязаны, подчинятся только Закону.

Если и в первом и во втором случае с одной стороны стоит Человек, а с другой Закон, исполненный, персонажами в виде Мнений Закона, который они сами выдумали и практически выполняют то, что придумали, то в этом конфликте совершенно другое. Он уникален тем, что сошлись две стороны, которые в зависимости,  вероятно, от заказа  отстаивают каждая свой закон.

И конечно, уже совершенно не важно, как и каким образом, этот конфликт у них разрешится и кто кого сожрет, в конечном итоге, а сожрет, кто-то кого-то, обязательно. Важно всем нам понять, Уважаемый Человек, что данная система прогнила полностью и совершенно не жизнеспособна.

 У нас в стране, практически отсутствует ветвь гражданского судопроизводства,  (смотреть w.w.w.v-zakone.com.ua  рубрика Законодательство, статью SOS!!!SOS!!!SOS!!!Законодатели спасите наши души), в соответствии с Европейской конвенцией о защите прав человека и основных свобод.   

    Так помимо этого, существует  практика применения своих местных законов и двойных стандартов, в виде Мнений законов, которые служители Фемиды используют, даже, в своих клановых “разборках”.

Случайность ли все это?!  Конечно же, нет!

Нет, это закономерность и она доказывается практикой общения автора с персонажами конфликта описанного «Крымской правдой» за 9 августа 2007 года.

       Судьба столкнула автора этой статьи и судьей Симферопольского района Шофаренко и с судьей Апелляционного суда АРК Луниным при рассмотрении совершенно разных дел.

Однако каков результат?! И один и другой судья чемпионы по судейскому беспределу, с точки зрения законодателя.

Но там  был Человек, не входящий в их “клан”, поэтому с ним можно было вытворять, что в голову взбредет.

Сейчас же взвыли те, которые почувствовали, что в отношении их используют те же приемы, что и они, в отношении простых людей.

Объединяет их только одно – цель. Итог коррупция.

 И те и другие бьются на смерть за хлебный заказ, согласно “сарафанного радио”. И можно было бы “сарафанному радио” и не поверить, ведь  Закон един, но поведение судей уж больно подозрительно,  разное. Но этот разговор по их конфликту. А вот они, каковы с простыми людьми. Судите сами.

Пример из жизни.

В январе 2004 года судьей Симферопольского района Шофаренко рассматривалось дело по жалобе частного обвинения по ст. 27 УПК Украины, по факту самоуправства.

Любой, даже начинающий юрист знает, что это необычная статья в уголовном судопроизводстве.

Необычная она потому, что это как раз тот вариант, когда законодатель, прекрасно, понимая и зная сложность и суть бытия Человеческого, предоставил возможность самому Человеку, лично, отстаивать свои законные права и интересы в суде, путем поддержания обвинения, на основании доказательств.

Поясняю. В обычных уголовных процессах обвинение, согласно действующего законодательства, поддерживает прокурор.

Вроде,  виду и простенькая статейка, эта 27, да и многие юристы к ней относятся без должного внимания, так как существуют слишком серьезные преступления, попадающие под действие серьезных статей, однако это с виду.

Отведя в ранг, вроде бы, безобидных правонарушений как легкие телесные повреждения, побои и истязание, самоуправство, изнасилование без тяжелых последствий, законодатель прекрасно знал и был твердо убежден (это доказывается положениями ст.27УПК Украины), что именно эти безобидные правонарушения приводят, в конечном итоге, к тяжелым преступлениям, ”бытовухам”, в виде убийства.

А отсюда вытекает основное положение данной статьи – поддержание обвинения в суде не прокурорам, а самим заявителем.

Вроде все ясно и понятно, тем более что судье для приготовления к рассмотрению дела всего то надо дело прочитать, да побеседовать с заявителем по обоснованности подачи заявления. Остальное, проблемы самого заявителя, а именно: доказательства представить и обвинение в суде поддерживать.

Но это по закону.  У Шофаренко свой закон.

20 января 2004 года Шофаренко выносит постановление в котором отказывает в возбуждении уголовного дела по факту  самоуправства, не вызвав заявителя в суд, не выслушав его, не поставив в известность. Управился  в пять секунд.  О каких правах заявителя вести речь, если Шофаренко руководствуется и пользуется своим законом в виде мнений уголовно процессуального кодекса Украины, в котором ничего не сказано о законных правах заявителя по поддержанию обвинения в судебном заседании, согласно ст. 27 УПК Украины.

И это он делает при всем при том, что в деле уже находились поддельные документы выданные несуществующим на тот момент предприятием, с заключением специалиста, о их несоответствии нормативным требованиям, и были в деле, показания четырех свидетелей, подтвержденные видеозаписью событий, доказывающие факт самоуправства.

Короче вынес постановление по принципу, “получи в зад”.

Данное постановление заявителем было обжаловано. Апелляционным судом АРК оно было отменено, что доказывает его противозаконность.

Отмечается очень интересная деталь.

Автор, помимо обжалования постановления судьи Шофаренко, обратился в адрес Председателя Совета судей общих судов АРК с заявлением по факту нарушения судьей Шофаренко принципов уголовного судопроизводства и судебной этики, при вынесении постановления об отказе в возбуждении уголовного дела. В заявлении содержалась обоснованная просьба, о привлечении судьи Шофаренко к дисциплинарной ответственности. 

И каков был ответ?! ……..Правильно думаете Уважаемый Человек…..

- А не пошел бы ты куда подальше…..

Но на дворе был только 2004 год и Шофаренко, тогда был еще в их стае, с точки зрения их законов и законов природы. Что же было бы с ним, если бы сейчас поступило это заявление?!  Чудненько было бы посмотреть. Наверное  бы описался.

Ведь и кресла лишился бы и пенсии в один момент.

Правда, “сарафанное радио” донесло, что за эти “мелкие услуги” судья получил от того, на кого было написано заявление, “штуку зелени”. Хотя источник не совсем надежный, так как человеческий фактор полностью отсутствует, поэтому особо не верится?! Но!  Но тогда почему столько преднамеренных нарушений Закона допущенных судьей?! Ведь речь не идет о судебной ошибке. Ох уж эти сплетни.       А    может…..  Ну,  да подождем следующих сплетен, может, что и прояснится.

Ну…,    и…..     посплетничаем.

Другой персонаж. Конечно, друг друга стоят, с точки зрения законодателя.

В июле 2003 года Луниным, судьей Апелляционного суда было рассмотрено гражданское дело №4803 в апелляционном производстве. Говорится, только о Лунине, так как он был докладчиком. Поэтому о двух других “кивалах”, с точки зрения присутствующих в зале, речь не идет, так как они всегда подчиняются докладчику, по их неписанным законам.

В апелляционный суд АРК поступили ТРИ  апелляционные жалобы от участников процесса.

Вроде чего еще надо, бери и рассматривай.

Однако судья Лунин и” кивалы”, конечно, сами, по своему усмотрению, решили рассматривать не ТРИ взаимосвязанных жалобы, а ДВЕ.

А третью, просто взять и не рассматривать. Почему?!... Да потому что у них свой закон, да и тот третий просто рожей в этот день не вышел.

Нет, Уважаемый Человек, только не улыбайтесь, наверное, у жены критические дни были. Ведь очень уважительная причина. Вообщем, не догадаемся. Взяли и не рассмотрели и все тут. И это при всем том, что от третьего поступило ходатайство, об отложении дела, в связи с отсутствием, по уважительной причине, адвоката.

Это ходатайство было судом рассмотрено и конечно отказано в просьбе. Поэтому, суд точно знал, об участии третьего, в рассмотрении апелляционных жалоб.

Однако определение вынесено было только по двум!? участникам процесса, а доводы, изложенные в жалобе  третьего, да и сама жалоба, вообще не рассматривалась.

Но это даже не мелочь, по сравнению с другими “художествами” судьи Лунина.

В вынесенном определении были преднамеренно, под само решение, изменены исковые требования истицы, а так же имелась ссылка на статью гражданского кодекса, якобы заявленную истицей, чего никогда не было.

Художественное произведение (присутствие вымысла) Лунина и “кивал”, с точки зрения присутствующих в зале, конечно же, было обжаловано в кассационную инстанцию.

Согласно Закона, в соответствии, со ст. 325 ГПК Украины (старый) дело должно было поступить в кассационную инстанцию. Но не тут то было.

Спохватившись по допущенному судейскому “проколу”, дело было истребовано вторично!? в Апелляционную инстанцию. Его вторично!!! Рассмотрели в Апелляционной инстанции 22 октября, аж через три!!! месяца, и было вынесено дополнительное определение.

Любой юрист, который даже поверхностно знает ГПК (Гражданско - процессуальный кодекс) воскликнет – этого не может быть.

Может, Уважаемый, может. В этой системе судейского беспредела, все может быть за деньги, и абсолютно все может быть, за очень большие деньги.

     Вот и жизнь доказала, что Лунин все может и законы поменять по своему усмотрению и Шофаренко засунуть туда, где “Макар телят не пас”, а будет “выпендриваться” так и еще подалее.

Разве мог Шофаренко  в 2004 году, когда творил свой судейский беспредел, с точки зрения законодателя, в отношении других людей, что буквально через каких то три года, его таким же способом “опустят”, с точки зрения их же законов.

Забыл поговорку – как аукнется…..Ну поговорки то, существуют для думающих людей. По нему все ясно. Продолжим о Лунине.

Так вот дело вторично?! рассмотрели в Апелляционном суде через три месяца.  

Читатель, наверное, подумает, что суд осознал?! допущенную ими “судейскую ошибку”, ведь вроде не гоже менять самим исковые требования истца, да еще и статью вносить в определение, на которую истец никогда и нигде не ссылался. Да и вроде ну никак невозможно выносить дополнительное решение через девяносто дней!!!, когда Законом предусмотрено десять. И в ст.214 ГПК Украины (старый) никак не предусмотрено вторичное рассмотрение жалобы, да еще в отсутствие двух других взаимосвязанных жалоб.

Не обольщайтесь. На то и Лунин в Апелляционном суде АРК, чтобы из сказок выносить императивы именем Украины и при этом Государство, а не мы с Вами, требует обращения к нему ваша честь.

Конечно же, дополнительное определение Луненым было вынесено, в просьбе было отказано и в определении от 22 октября 2003 года было повторено то же, что и в определении от28 июля.

То есть Лунин вторично преднамеренно пошел на совершение преступления с точки зрения Закона и вопреки воле законодателя.

И опять же это злополучное “сарафанное радио” донесло очередную сплетню, что Лунин получил за эти “маленькие шалости” всего каких то двадцать пять “штук зеленых”. Ну, кто же поверит в какие то сплетни, да еще разносимые лицом с отсутствием признаков человеческого фактора. Я вроде и не поверил.

Правда и не ответил себе на вопрос, а почему же Лунин все это вытворял??!!

Наверное, и Шофаренко на него не ответит, как и на вопрос, почему он сам подобное вытворял, только годом позже.

Подробности этих дел будут рассмотрены автором позже и изложены как в печатном варианте, так и в Интернете на сайте газеты w.w.w.v-zakone.com.ua в рубрике коррупция и судьи. Но это чуть позже, а сейчас……Имеем, что имеем.

Два великолепных персонажа в стойке, кто кого. Каждый со своим законом. Каждый со своими амбициями. Но цель то, у обоих одна.

И опять же этот порок общества “сарафанное радио” и сплетни, но только не коррупция.    Ду-ма-ем…

Вот чего а-ля демократия натворила. Твори, кто чего хочет и никто ни за что не отвечает, только одни сплетни разносятся.

Но сплетни то, каковы?!

Так вот делайте выводы Уважаемый читатель, можно ли так жить дальше?! Или необходимо проявить свою гражданскую позицию и подумать, а что же останется нашим детям, при подобных Луниных и Шофаренко, и что необходимо предпринять, чтобы подобное не повторялось.

Хочется искренне поблагодарить «Крымскую правду» за поднятый ею злободневный вопрос и освещение его в печати. 

                             См. начало в разделе "Коррупция"

СУДЬИ   СРАМА   НЕ   ИМУТ

Анализ социально-правового эксперимента.

Академик УМАОИ аналитик Яков Бранштейн

 (в сокращении)

   Я давно хотел провести социологические эксперимент с анализом работы севастопольских судов в постсоветское время, но не было возможности. Для чиновников я был легко узнаваемым. И любые конфликтные ситуации, которые по рекомендации классика следовало доводить до суда, они разрешали быстро и законно. И вдруг такая удача. В Ленинском райсуде г. Севастополя меня не узнали, а, может, недооценили мои возможности.

В советское время я провел немало гражданских судебных дел, но в порядке «психотерапии» рассматривал их как «социально-правовые эксперименты», ибо получаемые в ходе судебного процесса факты и наблюдения использовал в средствах массовой информации. Приобретенный тогда опыт оказался кстати, материалы и выводы из «эксперимента» я адресую не столько вечно «вчерашним» коммунистам и судьям, как отечественному и мировому общественному мнению. Оно меня непременно услышит.

Технически «эксперимент» заключается в том, что судам направлялись «синтетические» документы – иски, кассационные жалобы, письма и обращения, которые несли двойную нагрузку – официальные документы истца,  совмещенные    с  аналитическим исследованием и журналистским расследованием. В моральном плане совесть моя была чиста, поскольку я не устраивал «спектакль за их спиной», а честно раскрывал свои намерения.

Сверхзадача, которую я ставил, проводя эксперимент – разобраться, понять вместе с читателями, почему деградировали нынешние суды, как они «дошли до такой жизни», в результате чего потеряли стыд, не говоря о квалификации, постсоветские судьи. Таким образом, для меня конкретные судьи выступали не как просто люди, а как явление или подэкспериментальный «материал» вроде павловских собак (при желании судьи могли отказаться от участия в «эксперименте», например, взяв самоотвод).

Изучая севастопольских судей, лучше представляешь деградацию судебных системы и вместе с ней глубину падения коммунистического общества. Для оценки необходима база сопоставления. Естественной забой сопоставления представляются советские судьи.

В ходе «эксперимента» меня интересовал исключительно профессионализм судьи в широком смысле слова, т.е. не просто формальное знание и применение квалификации. Конституции, законов, других нормативных актов Украины, но и уровень культуры судьи – методологической, психологической, лингвистической,   собственно юридической и т.п. Практически ни один судья, участвующий в «эксперименте», с предложенными мной «тестами» не справился.

Автор давно уже не является наивным юношей с максималистскими претензиями. У него есть и имя и связи. При желании решить свои «шкурные» он мог подключить «нужников» (нужных людей) и «телефонное право», как это обычно делается в Украине, - и срабатывает без сбоев. Но он действительно      ставил чисто исследовательские цели и выражение гражданской позиции.                 Поэтому трехлетний «эксперимент» ставил перед собой исключительно тестирующие задачи в отношении судов и судей. В частности кассационные жалобы и обращения в горсуд преследовали тестирующие функции по оценке «уровня либеральности» горсуда в отношении с районными судами и «уровня терпимости» суда к уголовно-наказуемым «грехам» судей районного звена.

Теперь поясню, почему для «эксперимента» был избран суд, а не другие структуры правозащитных органов (например, прокуратура или милиция), а для «тестирования» судей выбраны дела о защите чести, достоинства и деловой репутации.

И в структуре судебно-правовых  органов нелепо деление, кто важнее: следователь, прокурор, судья или адвокат. Они присутствуют всегда как функции, хотя и не обязательно физически в судебном процессе. Человек может жить без отдельных своих частей или органов. Но при этом, он не только лишается комфорта, но и становится инвалидом. Но если с человеком такое несчастье случается, как правило, не по своей воле, то юридически инвалидные структуры задаются политиками через механизм государства. Патология судебно-правовых органов была спровоцирована коммунистическим режимом (вспомним, когда судили «врагов народа» с расстрельными статьями без адвоката, прокурора, свидетелей, прессы). И в определенной мере сохраняет свою «инвалидную» сущность сегодня.

И все же суд в структуре судебно-правовых органов занимает особое место. Он выполняет функцию, аналогичную ОТК (отдела технического контроля) предприятия.

Вклад в халтуру могли внести тысячи лиц и смежников, от  недоброкачественного сырья «на входе» изготовления изделия до отказа тестирующей электроники «на выходе». Но если в ОТК квалифицированные специалисты, которые не идут на сделку со своей совестью , брак не выйдет из стен предприятия – и оно не получит за испорченное изделие ни копейки.

Аналогично в судебном процессе следователь подготовил «сырое» обвинительное заключение, прокурор принял его в надежде «прорвемся», свидетели,  как на подбор, оказались придурками, к тому же слепоглухонемыми, адвокат «не рыба, не мясо», а представители общественности несут бред, неважно «за здравие» или  «за упокой». Но вся эта не столь уж утрированная ситуация никак не отразится на качестве правосудия, если судья (судьи) являются профессионалами, дорожащими собственной честью. Только где таких найдешь?

Человеку свойственно проективное мышление. Это означает, что порядочного по природе судью не надо «учить» презумпции невиновности. Он исповедует ее с детства. И наоборот, судья-взяточник или подонок такими же, как сам, считает всех людей.

Дела о защите чести, достоинства и деловой репутации тем замечательны, что позволяют протестировать судью и даже «залезть ему в душу», не нарушая законов и морали.

Судья с развитым чувством собственного достоинства присудит при прочих равных больший размер компенсации морального вреда. И наоборот, люмпенизированные, духовно убогие судьи присудят рядовому гражданину, да и то «из-под палки», минимальный размер возмещения вреда и максимальный номенклатуре, не скрывая своего подобострастия к начальству.

При  написании книги автор не преследовал «жажду крови», т.е. он не имел в виду, что после ее издания упомянутых в ней «антигероев» следует непременно посадить, хотя и есть за что, лишить их работы или, на советский манер, устроить «проработку».

Я исходил из того, что мои «антигерои» являются типичными представителями судейских чиновников, т.е. не слишком отличаются от других коллег. Я пишу о явлении, и хотя оно имеет имя, отчество и фамилию, я абстрагируюсь от конкретных представителей своей судебной профессии.

По легенде Фемида должна бесстрастно измерять чужие человеческие пороки. Сегодня нет весов и гирь, чтобы измерить ее собственные грехи. Ради власти предержащих в родном отечестве она готова использовать фальшивые гири или «тянуть резину».

Сегодня, собственно, в Украине обозначилась проблема не столько в Фемиде, олицетворяющей судебный «цех», как в том. Кто привлечет ее к ответственности за безответственное, а зачастую преступное поведение.

Роль кастовости в украинском правосудии сегодня ощущается даже в большей мере, чем в средние века. В этой связи без излишнего утрирования можно говорить о украинском «судебном средневековье». Конечно всякая аналогия  или параллель в определенной мере «хромает». В частности, ныне, в отличие от «настоящего» средневековья, «еретиков» не сжигают на костре, а отлучают от власти, или,  другими словами, от государственной «кормушки». Для номенклатуры это представляет порой не меньшее потрясение, чем физическая смерть.

Говорят ошибка игрока – это ошибка. Ошибка вратаря – это гол. В судебно-правовой «игре» судья играет роль вратаря. Его ошибка несоизмерима с ошибками участников сторон судебного процесса. Иногда ее и исправить невозможно, например, до отмены смертной казни, когда приговор приводили в исполнение, и тут открывались новые обстоятельства.

«В прошлом столетии  Тулузский парламент единогласно приговорил к колесованию протестанта Каласа, позднее признанного невиновным. -= Кто-то, чтобы оправдать эту ошибку, привел поговорку: «Конь и о четырех копытах – да спотыкается…» - «Добро бы еще один конь, - ответили ему, но весь конный двор...» (Федор Тютчев).

У следователя или прокурора есть «противовес», обвиняемый, адвокат, ответчик, свидетелю обвинения противостоит свидетель защиты. И только у судьи нет «противовесов», особенно, если он выступает единолично.

Если на Западе правозащитные идеи уже созрели, то у нас еще «носятся в воздухе». «Возможно, есть смысл создать общественное движение «Беспредельных судей – «на нары». Но не слишком ли автор «зациклился» на судьях, - может возражать мой оппонент. – Произвол вершат ведь и другие госчиновники – милиционеры, следователи, прокуроры…

Это, конечно, так, но, во-первых, я показал выше, что роль судов в моральном климате общества трудно преувеличить, а во-вторых, с чего-то необходимо начинать, даже понимая, что «нельзя объять  необъятное».

Ведь суд – это сцена борьбы за законность и справедливость, за корень государственности. Он дисциплинирует взаимоотношения действующих на рынке продавца и покупателя. Кого может дисциплинировать украинский суд, если сам представляет собой хрестоматийный пример расхлябанности в процессуальном праве и беспредела в материальном.

Вряд ли судьи задумываются над второй частью библейской «формулы» -   «Не  судите, да не судимы будете». Судья не только судит, но и о нем судят. Как атеистам, скорее – безбожникам в большинстве своем, им наплевать на людские проклятия. Но как сказал поэт, «все же, все же, все же…».

Число судей Украины относительно невелико, порядка 0,01 от общего числа населения. Но число жертв судебно-правового произвола несоизмеримо больше.

Сегодня налогоплательщик платит больше на содержание судей, но это в основной массе, извините, «судебное дерьмо». Уверен, что налогоплательщик, если с его мнением кто-либо считался, заплатил бы в десять  раз больше, чтобы этих люмпенов и беспредельщиков в траурно-черных судебных мантиях и за версту не подпускали выступать в роли «говорящего произвола».  А вместо них по конкурсу и за достойную плату набрали судей, не прошедших школу коммунистического «промывания мозгов», и которыми страна могла бы гордиться.

АВТОР ПРЕДУПРЕЖДАЕТ: УКРАИНЫСКИЕ СУДЫ ОПАСНЫ, ПО МЕНЬШЕЙ МЕРЕ, ДЛЯ НЕРВНОЙ СИСТЕМЫ ЕЕ ГРАЖДАН.

Автор сознает бесполезность такого предупреждения, как аналогичная антиреклама курению.

Сегодня отечественные судьи «страшно далеки от народа». Они превратились в «неприкасаемых». Дело дошло до того, что считается «шантажом по-украински» - грозить судье, что будешь жаловаться  на его беспредел. За это в 1999 году судья И. Бурчуладзе арестовал правозащитника винницкого адвоката Валерия Палия.

Вместе с тем судьи представляют то «слабое звено» в механизме юридического произвола, с которого следует начинать реконструкцию судебно-правовой системы, что бы вытащить всю «цепь».

Без «штампа» суда вся работа дознания, следствия, прокуратуры, экспертизы и других структурных или технологических элементов юридического «конвейера» идут насмарку.

Милиционер, следователь, прокурор и другие участники судебного процесса могут вершить халтуру или произвол только потому, что судьи «все спишут», или их можно купить. Неподкупный и принципиальный судья способен испортить «обедню» многим нечистоплотным юристам, работа которых принимается или нет судом-ОТК.

Когда судебная псевдореформа провалится, а в этом не сомневаются, пожалуй, даже «розовые» оптимисты, сласть предержащим понадобятся « козлы отпущения» - и  моя книга окажется очень кстати.

Конечно наведение элементарного порядка в судейском «цеху» - дело необходимое, «богоугодное», но недостаточное.

Остается еще кровоточащая рана милицейского беспредела, в частности, далеко зашло у них избиение невинных и беззащитных граждан; следователи по-прежнему не слишком щепетильны в отношении подношений и способны удовлетворять свои садистские наклонности; не думаю, что прокуроры уменьшат свои притязания на «нетрудовые доходы», на которые строятся шикарные коттеджи и меняются иномарки, как перчатки, и адвокаты не перестанут «выручать» своих клиентов благодаря подкупу должностных лиц – более надежному средству (и практически безопасному), чем за счет своего интеллектуального багажа. Вся эта грязь сохранится, но масштабы ее все же могут сократиться, стоит пусть не всех, но хотя бы какую-то часть «обозревших» судей «поставить на место».

Украина – страна «перевернутого типа». Нередко здесь вершат правосудие оскандалившиеся судьи и те, кого осудило международное общественное мнение. И нынешним властям на это, похоже, по-большевистски наплевать.

На грибоедовский вопрос «А судьи кто?» можно ответить: «Те, кто устраивает коррумпированные и не пользующиеся доверием населения власти».

В заключение главы поделюсь своими соображениями по творческим вопросам создания публицистического произведения.

В советское время сложилась традиция благоговейного, даже ритуального повествования о работе судьи. О нем можно было писать по «алгоритму» латинского выражения о покойниках – или хорошее, или ничего.

Бывали, правда, и критические материалы, но это допускалось лишь «проверенным», лояльным властям журналистам, за исключением пе5риода разгара ил, лучше сказать, «угара» перестройки, когда на эту конъюнктурную тему накинулись кому не лень, как голодные шакалы на свою жертву.

Право – слишком серьезное занятие, чтобы им занимались исключительно юристы. Декарт был не философом, и математиком, а военным, Ферма – не математиком, а юристом. Почему бы и автору этой книги, по базовому образованию инженеру, не избрать своим «хобби» правосудие и не рассмотреть его глазами прагматичного инженера, как, кстати, К. Маркс в сое время исследовал экономику глазами юриста.

Конечно, скандальный материал не требует особых «творческих мук» от журналиста. Кричащие факты сами по себе приковывают внимание читателя. Некоторые мои знакомые и незнакомые юристы, зная, что я работаю над книгой юридического характера, готовы были завалить меня документами, подтверждающую банальную уголовщину отдельных судей. Но меня это не интересует. Сами по себе персоналии судей не представляют для меня какой-либо ценности, если не считать типичности исполнения ими функциональных ролей. Меня интересует природа явления судебного произвола, чем он обусловлен, возможно ли им управлять, индикаторы процесса. Я осуждаю не отдельных конкретных севастопольских судей, а зло, которое они вершат именем Украины. Я не борюсь с произволом или беспределом. Моя сверхзадача – их понять. Я благодарен тем судьям, которые, «сливая» на себя «компромат», помогают науке осмыслить негативный социально-политический процесс, происходящий в стране («Так мы, сгорая в крематории, Приносим пользу мировой истории».).

Цель этой книги я вижу и в том, чтобы рассказать читателю о том, что чего «не проходят» на юридических факультетах вузов. Постсоветский судья не может ныне выступать в роли душеприказчика законодателя. Пришлось эту роль взять на себя.

Своей задачей, если не миссией, я считаю раскрыть соотечественнику и мировому общественному мнению глаза и показать, что в Украине вершат правосудие те, кому по нормам цивилизованных стран предназначено место «на нарах».

Эту книгу можно назвать «Черной книгой» для советских и постсоветских людей. Страна должна знать своих антигероев.

Настоящая книга адресована думающим юристам и не юристам, даже не столько юридической «вертикали», как общественному мнению, и  противопоказана ортодоксам всех и всяческих мастей.

«Кто не смешлив из вас, пусть это не читает,

Поскольку черт серьезных поджидает» (Нищие).

Сын князя Игоря князь киевский Святослав 1 вошел в историю как автор широкоизвестного афоризма «Мертвые срама не имут». Я перефразировал его в заглавие книги «Судьи срама не имут». Надеюсь, для читателя возникающие при этом ассоциации стали «прозрачными».

Судебно-правовая система Украины представляет собой смердящий прокоммунистический труп. Грядущая «малая судебная» псевдореформа не идет дальне того, чтобы подмыть или подстричь «покойника». Оживить его, сами понимаете, было бы пустой затеей.

Одно время выходили книги с названием по модели «___? – это очень просто», например, «Транзистор – это очень просто», «Электроника – это очень просто» и т.д. По аналогии можно было бы выпустить серию книг юридического направления – не только «Судьи срама не имут», но и «Следователи срама не имут», «Прокуроры срама не имут» и т.д. К сожалению, отсутствие срама у людей не является их профессиональной монополией. Коммунисты со своей мощнейшей машиной оболванивания народа неплохо потрудились на ниве моральной и культурной деградации населения. Здесь следует отдать им должное. Настолько они здорово потрудились, что не видать даже «свет в конце туннеля». Известный российский политик Григорий Явлинский в этой связи говорил, что большевики в 1917 году вскипятили аквариум, а сегодня мы пытаемся оживить золотых рыбок.

Мне многие читатели часто задают, наверное, естественный для запуганного обывателя вопрос: «Чем объяснить смелость и редкую откровенность моих публикаций?». Я не делаю большой тайны из этого и признаюсь, как на духу: «Я не пишу и не говорю все, что знаю». На самом деле за некоторыми «героями», точнее «антигероями» моих статей и памфлетов «гуляют» «срокоемкие» статьи Уголовного кодекса, а не просто претензии о некомпетентности или морального плана. К тому же многие из них рассматривают «компромат»  на себя не столь как оскорбление, а как показатель их «крутизны».

Мне неоднократно предлагали документы с «компроматом» на значимых в городе людей. Но я не брался за такую работу по ряду обстоятельств. Я еще в 1992 году опубликовал книгу, в которой привел расценки чиновников-мздоимцев за свои «услуги». Эта тема мной обстоятельно исследована и потеряла интерес. Ну выведу я «на чистую воду» еще одного прохиндея. Что от этого изменится? Ровным счетом ничего. Не отрицая необходимость заниматься «отдельными недостатками», сам я запрограммирован на исследования структурных, системных дефектов в социально-политической жизни общества – и следую своему исследовательскому интересу. 

СПАСИ,  БОЖЕ,  МЕНЯ  ОТ  СУДЬИ,

А С ДРУГИМИ МЕРЗАВЦАМИ Я САМ СПРАВЛЮСЬ.

(в сокращении)

Яков Бронштейн

Академик УМАОН аналитик

КРИВОСУДИЕ – ЭТО НЕСПРАВЕДЛИВОСТЬ В ДЕЙСТВИИ.

«Плохо думать о судьях – грех, но вряд ли ошибка».

«Не думай дурно о всех судьях сразу, 

думай по очереди»  (Из размышлизмов» автора).

Книга бывшего офицера президентской охраны Николая Мельниченко «Кто есть кто. На диване Президента Кучмы» не стала сенсацией. Самые «жирные» куски ее долго смаковали СМИ. А человек – «животное пластичное», и потому привыкает к чему угодно, даже к невыносимой дряни, а порой и ностальгирует, когда она исчезает.

И когда наша левая оппозиция готова «вешать всех собак» на главу государства, я не разделяю столь откровенно конъюнктурные взгляды. Полезнее вдуматься в то, что говорит оппонент. В частности, в телефонном разговоре с экс-губернатором Донецкой области, а ныне премьер-министром Януковичем Леонид Данилович сказал:

Кучма: Это же подонки твои судьи! Я должен ехать к ним и давать свидетельства! Поэтому возьмите этого судью, за яйца подвесьте, пусть повисит одну ночь

Янукович: Понял. Мы разберемся.

Кучма: Судьи вообще бл…

Янукович: Ну, они подонки. Председатель суда у меня там ненадежный. Его надо менять.

Кучма: Ну, я думаю, теперь вы разберетесь, чтоб он на всю жизнь запомнил.

Стоп! Прервем этот разговор, совсем не соответствующий канонам изящной словесности. Кто же оспаривает, что судьи отечественного «налива» не подонки? Если бы не дороговизна, можно было провести референдум в Украине и убедиться, что население вместе со своим Президентом. И еще на одно обстоятельство прошу обратить внимание читателя. И глава государства, и руководитель крупного региона ведут разговор не о конкретном судье имярек, который чем-то им не угодил – мало ли, бывает, - а  о судьях как таковых в Украине. Я поступил бы нечестно, если бы такое обобщение им прописал сам.

В этом же разговоре Леонид Данилович, в приватной беседе, походя назвал экс-Председателя Верховного суда Украины В. Бойко «подлюкой».

Большинство граждан страны, которые имели несчастье обращаться в это высшее судебно-казенное учреждение независимого государства, подтвердят, что Леонид Данилович в отношении В. Бойко очень мягко выразился.  В народе говорят похлеще, поскольку не обучены дипломатическому этикету и слабо знают иностранные языки. Чтобы не быть голословным, приведу суждение на сей счет члена Всемирного Конгресса украинских юристов Аллы Корыстовской: «Необходимо расследование деятельности головы Верховного Суда В.Ф. Бойко – это ОН РАСТЛИЛ руководство судами в Украине… уголовщина крепко спаялась с политикой, не разрежешь и автогеном» («Набат», с.70).

В отношении судьи-мужчины указание главы государства четкое и однозначное – «за яйца и подвесить на ночь». Не ясен, правда, механизм реализации его мудрого решения, если согрешила судья-дама.

Общество привыкло  жить двойной жизнью, где подлинные мысли и чувства выражают «на кухне» или «за бутылкой». Но разве правда перестает существовать, если она скрывается или не обнародована?!

Президент Украины Леонид Кучма назвал судей подонками, и вряд ли кто возьмется оспаривать эти сверхэмоциональные, резкие, нелицеприятные оценки, кроме самих «потерпевших» судей. Они даже его «достали». На защиту Леонида Данилыча в этом отношении готовы встать миллионы граждан, и каждый приведет обоснования, исходя из личного опыта.

Но с не меньшим основанием Президент и население Украины могли причислить к множеству подонков следователей, прокуроров, милиционеров, а также чиновников Минюста и СБУ Украины. Громя в своих памфлетах судебную мафию, я никогда не утверждал, что они хуже других в структуре судебно-правовых органов Украины. Все они гармонично разложены  и по «горизонтали», и по «вертикали». Законопослушный гражданин страны плотно «обложен» со всех сторон. И в таком качестве он обречен или играть роль жертвы, или принять действующие «де-факто» неписанные правила криминального поведения – давать  взятки и помалкивать, когда на его глазах чиновники «именем Украины» творят преступления и беспредел.

Масштабы криминального разложения Украины ужасны, но этот процесс продолжается, поскольку появляются новые поколения, которые постигают для себя суть коррумпированного и криминального государства заново.

Умом судебно-правовую систему Украины не понять. А верить ей могут лишь безнадежные кретины.

«Мы не знаем общества, в котором живем», - признавался экс-генсек КПСС Юрий Андропов. Простим покойному демагогический прием, без которого не мог сказать и полфразы любой партийный функционер. Видите, не генсек не знает, а все не знают.  Может, и небольшая беда в том, что мясник, ведущий стадо на бойню, не знает общества, в котором живет. Но генсек – лидер монопольно стоящей у власти партии, тем более в тоталитарном  государстве, и народ, как стадо, слепо и безоговорочно следует за ним. Можно понять Юрия Андропова, который не имел высшего образования, зато пропитался догмами сталинского волюнтаристского мышления. И свой короткий век генсекства провел в роли супермилиционера. Ничего путного из этого не вышло, да и не могло выйти.  Можно подвести коня к водопою, но невозможно заставить его пить. Можно отловить в рабочее время треть «трудящихся» в банях, в кинотеатрах, в магазинах и на пляжах, что и было добросовестно исполнено чекистами или сотрудниками правовых органов, но невозможно заставить работать людей на социализм, пусть даже трижды «развитой», как на себя.

Сегодня социально-политическая обстановка в Украине еще хуже. Раньше хоть жили мифами и легендами, внедряемыми идеологами и СМИ с пеленок, и даже многие верили, вопреки реальности. Сегодня граждане страны не только не знают и не понимают общества, в котором живут, но дезориентированы, потеряв цели и смысл жизни.

В этом отношении политические лидеры страны по своему невежеству оказались на равных с затюканным населением. Он  понимают, что «так жить нельзя», - и не более того. Сами они живут на зависть другим, потому что всегда находятся рядом с государственной «кормушкой» и трудно отличимы от коррумпированных чиновников, которые могут что-то разрешить или что-то запретить, в зависимости от того «позолотили ручку или нет».

Парадокс, но западные обществоведы и политики больше интересуются  и лучше разбираются в устройстве, и даже в некоторых тонкостях нашего общества, чем мы сами. Недавно правозащитница из Одессы Алла Корыстовская сообщила мне, что сборники «Набатов», которые она выпускает «самиздатом», запросила библиотека Конгресса США. Оказывается, главное книгохранилище страны собирает самиздатовские публикации СССР еще с 60-х годов и сейчас пополняет свою коллекцию в постсоветском пространстве. В то время, как советские «компетентные органы», которые «никогда не ошибаются», всячески травили, издевались и убивали диссидентов, на Западе тщательно изучали их труды. Они  тоже не знали все об обществе, в котором жили, но были ближе к истине, чем коммунистическая власть предержащих и вся их обслуга из маститых ученых и аналитиков, не обделенных льготами и наградами в советское время. Оно и естественно, ведь палачи редко бывают умнее своих жертв. Столь же естественно и неизбежно Запад победил Советский Союз в «холодной» войне.  Знание – это стратегический национальный ресурс, и тот, кто больше знает, лучше вооружен.

Но если отечественные политики национально масштаба не знают и не понимают общества, в котором живут, то руководители отраслей и ведомств не меньшие дилетанты в той области, которую возглавляют. К сожалению, у нас часто высокие должности дают специалистам в порядке поощрения. Но министр  здравоохранения вовсе не обязан быть лучшим в стране доктором, а министр внутренних дел – оперативником. Руководитель лучше других должен понимать смысл, цели, механизм работы своего ведомства, мыслить концептуально и стратегически. Но это вряд ли по силам одному человеку: возглавить команду и стать интегратором ее усилий, стать ее символом и авторитетом, без чего Украине не грозит «светлое будущее», хотя бы потому, что высокие должности у нас раздают как синекуру по приоритетному критерию личной преданности боссу более высокого уровня чиновничьей иерархии.

Судебное ведомство ничем не лучше и не хуже других. В больном обществе, а этот тезис никто не оспаривает, – больное  правосудие,  или, что то же самое, –   «здоровое кривосудие». И никто не способен его «лечить», потому что не понимает механизма судебной патологии. Каждый псевдолекарь, подвизающийся на ниве реформирования судебной системы, стремится извлечь личную выгоду, понимая бессмысленность что-либо изменить «по большому счету», но зато под влиянием или давлением коррумпированных сил в конечном счете удовлетворяет чьи-то корпоративные интересы. «Под соусом» реформирования суда идет интенсивный деструктивный процесс его деградации. В итоге, мы имеем мафиозно-коррумпированную «вертикаль»  судебно-правовой системы Украины сверху вниз и снизу вверх. Процесс разложения суда облегчался тем, что и другие правовые системы страны гармонично криминальные и, вместо народа, в посткоммунистическом пространстве СНГ осталось социально-пассивное  люмпенизированное население с рабской и потребительской психологией.

Старшее поколение приобрело горький опыт репрессий большевистско-коммунистического режима., убедившись в тщетности проявления социально-политической активности. «инициатива наказуема» – этот  постулат коммунистического безвременья закрепился, должно быть, на генетическом уровне, т.е. срабатывает бездумно, в режиме «автопилота». А молодежь, гедонистически  настроенная (т.е. стремится всячески извлекать удовольствия), политически пассивная, морально не озабоченная, живет сегодняшним днем, не готова и не желает брать ответственность за себя, семью, общество.

Единственно активная и организационная сила в обществе – циничная мафия, сросшаяся с властью, но она тащит страну на дно криминала. «Так жить нельзя», но по-другому одни не умеют, а другие не желают. Суды как составная часть государства тоже вносят свой вклад в нарисованный пессимистический сценарий,  поскольку составляют единое целое со сложившейся мафиозно-коррумпированной  структурой общества, но население уже адаптировалось, по меркам цивилизованных стран, к античеловеческим и невыносимым условиям существования, подтверждая вечные строки поэта-демократа Н. Некрасова:

Вынес достаточно русский народ,

Вынес и эту дорогу железную –

Вынесет  все, что Господь ни пошлет!

Впрочем, в Господе ли дело? Тот же поэт утверждал, что «нет безобразий в природу». Все безобразия делают люди и для людей. Безупречных стран не было, нет и вряд ли возможны, но есть примеры благополучных обществ, где издержки социального общежития не мешают личности раскрыть свой потенциал и где криминал испытывает большее давление на себя, чем законопослушные граждане.

Судебный позор – это одновременно и позор государства. Его начинают ощущать государственные мужи. В частности, я приводил конкретное мнение Президента страны и нынешнего премьер-министра Украины Януковича о том, какой неприглядный имидж имеют у них судьи. Но еще острее проблема суда и судей видится «снизу». Проблема суда и судей стала «кровоточащей раной» для страны, и лучшим подтверждением сказанному являются частушки:

Президента просим мы

С видом право стерегущих,  

Срочно взяться за суды. 

Защищают власть имущих.

Кто творит там дух гнилой, 

Господину глядя в рот,

Гнать поганою метлой.

Крутят КЗОТ наоборот.

Прошел год, как вышла моя книга-памфлет «Судьи срама не имут», в которой я, помимо концептуального анализа проблемы, пофамильно назвал судей-беспредельщиков, обвинив их в самодурстве, показал социальную опасность и привел неправосудные деяния, за которые законодатель требует изоляции от общества. Книга поступила в главные интеллектуальные хранилища страны – национальную парламентскую библиотеку, в главную научную библиотеку имени В Вернадского, в научную библиотеку Киевского университета и др. С ней ознакомлена значительная часть юридического бомонда и многие политики. Каковы результаты? «Судьи - «антигерои», замечательно сыгравшие в жизни роль беспредельщиков, не только не привлекались к уголовной ответственности, но и к дисциплинарной или моральной. Такое впечатление, будто я написал не документальное сатирическое произведение, а басню, в которой изобличал бессловесных тварей.

Это наглядное доказательство того, что судебная система Украины не просто больна. Она труп – который  своим разложением  отравляет в обществе воздух цинизмом и распространяет эпидемию судебной патологии на тех, кто должен соблюдать законы и следить за их строгим соблюдением, а заодно плодит массовую апатию людей, наблюдающих за тем, как «мразь в судебных мантиях» ежедневно нагло и безнаказанно издевается над правом Украины и теми ее соотечественниками, у кого нет «волосатой руки» или валюты для ублажения чиновников, в том числе судебных.

Впрочем, нельзя сказать, что моя книга совершенно осталась незамеченной судьями. Во время семинара правозащитников, который проходил в начале 2002 г. в Севастополе, на вопрос председателя семинара судье городского апелляционного суда В. Симоненко, знакома ли ей моя книга «Судьи срама не имут», ответила утвердительно и,  повернувшись ко мне, добавила:

– Ох, Бронштейн, Бронштейн! Вас ждут большие проблемы!

При этом следует учесть, что я никогда в жизни с  ней не конфликтовал, да и увидел ее впервые в жизни, как и она меня. Конечно, она простодушно высказала то, что слышала от своих коллег.

Но каким образом на меня мог «наехать» суд, если я законопослушный гражданин Украины, коммерцией не занимаюсь, к тому же у меня нет начальства, через которое можно было бы «давить»?

Как мне известно, судьи собирались на так называемое, «протокольное» собрание, где решали вопрос, как со мной быть, и пришли к выводу, что текст памфлета и характер их публичной должности не дают оснований «наехать» на меня непосредственно. Отомстить они решили «чужими руками»: удовлетворить незаконные претензии коммунистов-ортодоксов, которые давно имеют «зуб» на меня за честные сатирические публикации.

Есть немало мотивов, подталкивающих нарушать установленные правила и законы ради определенных соблазнов.

Можно понять, но не оправдать судей, которые совершают преступления по «шкурным» мотивам. С точки зрения законодателя, у преступления, которое совершила севастопольская судья Т. Омельчук, иная «подкладка» – амбициозная. Очевидными представляются два мотива:

1) банальная месть, поскольку ее имя и фамилия упоминаются в моем памфлете «Судьи срама не имут» в негативном контексте 47(!) раз. Ей, как незаурядной антигероине, выделена даже отдельная глава, где она названа «цветком зла» и обвинена в причастности к смерти пожилой женщины, которую в свое время не смогли доконать  фашисты. Впрочем, они не владели виртуозно, как Татьяна Ивановна, таким средством, как волокита, которая для пожилых людей оказалась эффективнее крематория. Во всяком случае, судья Т. Омельчук это бесспорно  доказала.

2) вызов. Своим отказом в ходатайстве о ее отводе сатириком в   последующем «наезде» на него, она выполнила заказ своего «клана» беспредельных судей, уверенных в том, что они могут вешать «именем Украины» любую несусветную чушь и совершать безнаказанно любые преступления, что граждане Украины рабы и дерьмо, и справедливость не для них писана, что законы Украины и международные нормы права, обязательные для нее, – «туалетная бумага». Тем саамы императивы  судьи Т. Омельчук надо рассматривать не как рядовой юридический акт, а как своего рода манифест о безмерной судебной вольнице, не признающей общечеловеческую мораль и демократические ценности.  Именно в таком ключе в книге будет рассмотрено ее волюнтаристкое решение.

Свою позицию гражданина Украины и сатирика я выражаю стихами Виктора Матвийко «Я вижу вас»:

… Для вас и я

Не вышел носом,

Коль не склоняю головы,

Нос вами мне одним навозом

Дышать не хочется, увы!

Глубокий анализ судебных дел о защите чести, достоинства и деловой репутации важен, во-первых, потому что он требует высокой культуры не только правовой, но и общей – методологической, лингвистической и пр., а с этим у многих судей «напряженка». А во-вторых, многие беды нашего государства вообще и экономики в частности объясняются тем, что в результате многолетнего коммунистического воспитания, точнее манипулирования, у людей оказалось подавленным чувство собственного достоинства. То за нас Сталин думал в Кремле, а когда его не стало, – партия, точнее, ее иерархи. Инициатива оказалась наказуемой. За годы коммунистического господства «выкашивались» самые активные, с претензией на независимость суждений, и самые совестливые люди.

«Выкашивали» так тщательно, что чуть ли не до седьмого колена уничтожали родственников мнимых «врагов народа».

Но сейчас благополучные страны процветают именно потому, что сделали ставку на тех людей, которых коммунисты уничтожили. После этого процесс стал необратимым по причине возникновения генетического дефекта нации. Конечно, стране нужны и пассивные люди для работы не престижной  или «на подхвате». Но после научно-технической революции и для поддержания конкурентных  преимуществ на международном рынке разделения труда их столько не нужно.

Мы носились с людьми, которых объявили «солью земли», от чего произошло «засолонение почвы» родного отечества, и погубили тех, кого в Японии называют «Человек – народное достояние». В той вакханалии, которая творилась в стране, не последнее место занимала коммунистическая практика социальной селекции.

С точки зрения диалектики, когда не бывает ничего плохого, в чем не содержались «зерна» хорошего или наоборот, «наезд» на сатирика тоже имел светлую сторону. Севастопольские суда для меня – это юридические полигоны для осмысления судебно-правовой ситуации в Украине.

– Ну, что же, ребята, – говорю я судьям, – Вы  неплохо поработали на сатирика. Я постараюсь не уступать Вам в мастерстве публицистическом, как Вы задаете стандарты в противоправной деятельности.

Печально, но даже в ходе судебных разбирательств по гражданским делам о защите чести, достоинства и деловой репутации можно услышать хамство и получить заряд негативных эмоций.

Неуважение к суду многие толкуют однобоко, как неуважение к судье, что неверно: и в ряде стран, в том числе в СНГ, расширительное и строго демократическое понимание закреплено в законе. Так, в России ч.1 ст. 297 устанавливает уголовную ответственность за неуважение к суду, выразившееся в оскорблении участников судебного разбирательства, в том числе и за оскорбление адвоката. Форма обращения тоже может стимулировать рабочую атмосферу и взаимопонимание. Например, в судах Великобритании участники судебного процесса обращаются друг к другу со словами «Мой ученый друг». В нашей люмпенской стране, отученной от культуры большевиками-коммунистами, такое обращение звучало бы как издевательство.

Рефреном, словно хроника преступления одного судьи, через всю книгу проходит анализ «живого» примера гражданского дела о защите чести. Достоинства и деловой репутации из практики украинского суда.  Так же как в капле воды отражается состав водного бассейна, так и на таком примере можно более наглядно и убедительно  продемонстрировать патологию судебной машины Украины.

Гражданские дела о защите чести, достоинства и деловой репутации тем замечательны, что позволяют раскрыть культуру судьи, а через нее и остальные ее профессиональные и нравственные качества. Другими словами, через такие дела судья, не всегда давая себе отчет, выступает в судебном процессе «натурщицей» и, обратно говоря, легально занимается стриптизом в публичном месте.

Если отдельным читателям покажется, что я выбрал в качестве «модели» идеальную карикатуру на служителя «Фемиды», то это не так. Не я выбирал судью Т. Омельчук, а она меня выбрала, поскольку, если бы у нее была честь и совесть, а также уважение к закону, хотя бы на уровне Остапа Бендера, она должна была или взять самоотвод – показатель нравственной сохранности личности, или удовлетворить мои ходатайства об отводе. В противном случае у нее должен был возникнуть конфликт с законом. Но украинский судья не боится конфликтовать,   что с отечественным,  что с международным  законом,  обязательным для Украины.    Он ежедневно этим занимается не потому, что законы у нас несовершенные, хотя идеальные законы вряд ли существуют в мире, а потому, что наплевательское отношение отечественных судей к Конституции и нормативным актам страны стало вроде корпоративного вида спорта – удовлетворяет тщеславие (показатель «крутизны»), кому-то наполняет «кошелек», а, главное, никакого риска.

При этом, справедливости ради, должен заметить, что хотя главная моя антигероиня в книге – судья Т. Омельчук достойна «нар», с точки зрения законодателя,  – она не самая худшая из своего племени судья, а, возможно, и выше «среднестатистической». По ней нетрудно судить об уровне деградации украинского правосудия, переросшего в кривосудие. 

От правосудия у нас остались форма и наименование института «третьей власти», но только не содержание. Как говаривал в аналогичной ситуации, но по другому поводу, один умный еврей «от прически осталась одна расческа».

Некоторые читатели моего памфлета «Судьи срама не имут», в целом благожелательно ко мне относящиеся, признавали, что книга «получилась», но тем не менее высказывали сомнения, не слишком ли она субъективная. Предполагаю, что подобные упреки возможны и в отношении новой книги. Но, во-первых, человек по природе своей «животное жутко субъективное». А во-вторых, я являюсь действующим лицом в памфлете. Выполняю функцию, похожую на «играющего тренера». Перейти на изложение от третьего лица возможно, но это будет несколько иной жанр, отход от документалистики. При этом концентрация субъективизма нисколько не уменьшится. Зато книга лишится преимущества особой достоверности и убедительности от «эффекта присутствия» читателя с автором. Думаю, сложности восприятия читателем идут от непривычки. Ведь в советские годы написание документального памфлета на внутреннюю жизнь общества являлось фактом самоубийства. Да и практически это было невозможно, поскольку все издательства находились под монопольным контролем партии. Такие произведения можно было издать в сам- или в тамиздате, т.е. неофициально в родной стране или за рубежом, но до массового читателя они все равно не доходили. Со временем, думается, сатирики подымут голову, и читатели станут воспринимать их произведения более адекватно.

При всей открытости общества и даже, по мнению чиновников, излишнего «разгула» печати, самиздат в Украине сохранился, хотя и резко изменился. В советские годы он противостоял бесчеловечным законам, но не судьям, которые были всего лишь «винтиками» в ржавой коммунистической машине. «Самиздат был вынужденной мерой диссидентов, поскольку существовала строгая цензура и компартия владела монополией на истину и печать. Ныне украинский «самиздат» борется за соблюдение украинских законов, которые игнорируют судебно-правовые органы и власть предержащих. «Самиздат» продолжает жить в силу трусости легальных средств массовой информации и дороговизны печататься в легальных СМИ для жертв судебного произвола, а также отсутствия должной спонсорской поддержки.

Сегодня актуальность правозащитников не ниже, чем в тоталитарном режиме. Различие лиши в том, что их, как правило, не сажают как диссидентов в советские годы, но они остаются диссидентами. Это звучит анекдотически, но сегодня в Украине право надо защищать от судебно-правовых органов. Если в годы коммунистического безвременья были античеловеческие законы, то сегодня и Конституция, и законы Украины имеют «человеческое лицо», а те, кто должен их соблюдать из «казенных» людей, действуют античеловечески.

Спаси, Боже, меня от судьи… Но такая же молитва к Богу необходима в Украине в отношении следователя, прокурора, большевистско-коммунистического произвола.

Многие читатели моих статей и книг на юридическую тему думают, что я правозащитник, борец с мафией и судебным беспределом. Ничего подобного.         Я скорее ближе к функционерам защиты прав потребителей. Я против обмана потребителей, то бишь граждан Украины. 

Вот покупаю я консервы с говядиной. Жарю картошку. Открываю консервы в предвкушении вкуснятины. Вываливаю мясо на сковородку – подымается облачко пара, и, когда оно улетучивается, то вижу на сковородке одну лишь картошку. Слава Богу, она хоть осталась – и больше ничего. Если это фокус или шутка – замечательно, но напишите об этом на банке. Может, найдутся любители юмора, которые и больше заплатят за розыгрыш, чем за мясо. Но не надо обманывать и без того задерганного обывателя и продавать пар по цене говядины.

Ну, напишите нардепы ВРУ в законе, что Вам стоит, что украинский прокурор под казенным флагом оказывает криминальные услуги мафии, ведь все равно об этом знают. Замените им классные чины на звания «авторитет», «вор в законе», «пахан» и т.д. Или в законе Украины «О статусе судей» скажите «открытым текстом», что суды Украины образуют криминальную сеть, которую возглавляет мафиозо, что украинские судьи – это другое название « мрази в судебной мантии» и что их назначение – служить не закону, а Хозяину и т.д. Пусть в казенных учреждениях судебно-правовых органов появятся таблички: «Мафиози и крутые бандиты обслуживаются вне очереди», «Без взятки не входить» и т.п. 

И я как сатирик  буду вынужден забросить юридическую тему, потому что окажусь неконкурентоспособным против законов Украины, которые превратятся в пародийные. Но пока законы говорят одно, а в жизни «то же самое, только наоборот», все граждане страны вынуждены играть роль юридических «лохов».

Как гражданин Украины я требую юридической определенности: или очистить страну от «мрази в судебной  мантии» и других мерзавцев из судебно-правовых органов, или все законы Украины изъять и отправить в спецхран, где по советской традиции всегда хранилось все лучшее, созданное интеллектом умнейших людей родного отечества и мира.

Многим читателям может показаться странным, что мои публицистические книги носят диссидентский характер, а де-факто я работаю, особенно в избирательную компанию, на «административный ресурс».Но это известная российская традиция. «Старик Державин», которого А. Пушкин считал своим учителем, был поэтом и … губернатором. Российский «университет» Михаил Ломоносов недурно подрабатывал написанием панегирических од для вельмож, а самый непримиримый борец с бюрократией сатирик Михаил Евграфович  Салтыков-Щедрин при этом был губернатором, т.е. довольно крупным чиновником.

И это дурная российская традиция, потому что у нас нет оппозиции. Наша оппозиция – это «однофамилец» западного аналога. Это самоназвание  амбициозных людей, мечтающих занять «хлебные» места ныне здравствующих крупных чиновников у «кормушки», но отличающихся от них тем, что меньше знают и умеют. На Западе оппозиция – очень даже уважаемые господа, которые работают вместе с властями над социально-политическими и экономическими проектами ради прогресса общества. Они реально представляют государственный механизм, и в случае их прихода к власти не произойдет резких изменений, ибо они не ставят задачу по-большевистски все разрушить и  тогда… У нас оппозиция – это или радикалы, обещающие поотрывать головы своим оппонентам, или говоруны, которые умеют красиво болтать, наобещать златые горы, но не имеют опыта масштабного руководства большими коллективами или реализации солидных социально-политических проектов.

Но вернусь еще раз к вопросу о субъективности. Некоторые читатели полагают, что моя пристрастность в выборе темы и в раскрытии ее объясняется тем, что меня обидели судьи. Хотя я приветствую открытое и откровенное высказывание любого мнения читателя, в том числе диаметрально противоположного своему, тем не менее это не означает, что я с ним обязан согласиться. Читатели ведь разные – с разным опытом, уровнем образования, культуры, способностью аргументировано обосновывать свои суждения и т.д. Живой человек всегда субъективен, если его мышление и действия не регламентированы какой-либо инструкцией или нормативным актом. В иерархической (можно было бы сказать – бюрократической, но этот термин не всегда справедливо обладает негативной интенцией) системе субъективизм стремятся свести к минимуму за счет строгой регламентации поведения чиновника. Но это возможно при его высокой дисциплине, внутренней культуре, чувстве внутреннего достоинства и в атмосфере взаимной требовательности в среде служащих, а также при должном контроле. Легко убедиться, что украинский суд выродился в антисуд именно из-за дефицита нужных людей, а не «бумаг».

Поскольку автор пишет книгу не «по инструкции», разумеется, в ней есть элементы субъективизма, неизбежные для любого произведения, тем более публицистического – и этих издержек жанра принципиально не избежать. Но следует считать не недостатком, а спецификой, и я очень надеюсь на благоразумие читателя. Авторский субъективизм, пересекаясь с субъективизмом читателя, облегчает ему поиск истины. Ведь истина – всегда процесс, и готовых истин не бывает. Только те истины мы  ценим, до которых дошли сами, впрочем, не без посторонней помощи.

Что касается влияния «обиды», то она скорее служила стимулом к написанию книги, чем повлияла на ее объективность. К этому вынуждает ассиметрия права.     Я могу беспечно расхваливать взахлеб кого угодно, и, даже если это ложь, пусть со знаком «плюс», меня не возможно привлечь за это к ответственности. И, наоборот, стоит мне невзначай погладить кого-либо «против шерсти», как меня потащат в суд за покушение на честь и достоинство физического лица или деловой репутации юридического. Это вынуждает сатирика , работающего в документальном жанре, быть более ответственным к своим публикациям, чем «художникам слова» других жанров. Он всегда должен держать в голове и руководствоваться максимой: « не говори все, что знаешь, но знай, что говоришь».

Претензия к «обиженному» автору не писать о том, что пересекается с предметом его недовольства, содержит скрытую отговорку, как способ отмахнуться от поставленных «обиженным» автором актуальных проблем и решения животрепещущих вопросов. Если последовательно действовать по этой псевдологике, то о А. Гитлере должны писать только преданные и награжденные фюрером, скажем, эсэсовцы, а о И. Сталине – его апологеты, а не те, кто пострадал от деспотов. Вдумайтесь, какую истину мы при этом извлечем? 

Думаю, большим злом для публицистического произведения является не неизбежный субъективизм автора, а его равнодушие, порождающее скуку, безликость, отсутствие авторского «лица», убогий литературный стиль, не обогащающий словарный запас и художественный мир читателя, не поднимающий его уровень культуры мышления и восприятия.  

Некоторые читатели, признавая убийственные факты и доказательные выводы моих материалов, возражают против энергичного, жесткого тона изложения. Здесь проявляется тот двойственный стандарт, который был принят коммунистической идеологией в годы ее господства. Ясно, что с подлецом и негодяем надо вести себя принципиально. А если в роли подлеца и негодяя выступает судья, почему тон следует сменить на заискивающий? Не вижу оснований. Обращаются к судьям граждане Украины – и ничего выше этого звания не может и не должно быть. Так что разговор должен вестись на равных, а если судья с гонором, то он профессионально не пригоден для этой имиджеемкой  должности.

В досоветское время, как известно, яростно спорили между собой славянофилы и западники. Читаешь и думаешь, чуть ли не на ножах объясняются. Но это не мешало жить приверженцам разных подходов к развитию России. Коммунисты разорвали историю и культуру, разрушили нравственность. Интеллектуальный спор они подменили физическим уничтожением оппонентов. Остряки говорят, что расстрел есть продолжение спора другими средствами. Единственное, что удалось достичь коммунистами за годы своего правления,– это разрушить интеллигентность, даже у людей с высшим образованием и учеными степенями. Удивляться нечему. Разбогатеть можно мгновенно праведными или неправедными путями. Но «из хама пана не сделаешь» – нестареющая народная мудрость, которая пережила коммунистическое безвременье и продолжает оставаться мудрым наставлением в жизни.

«Правосудие – это справедливость в действии», – сказал, как отрубил, французский писатель Жозеф Жубер (1754 – 1824), а позже повторил британский писатель и политик Бенджамин Дизраэли (1804 – 1881), Жозефу Жуберу принадлежит и такое определение, как «правосудие – право наиболее хитрого». Исходя из того, что мы наблюдаем в СНГ, можно сделать вывод: кривосудие – это несправедливость, или беспредел в действии.

Диоген днем с огнем искал Человека. Найти ему, вроде, не удалось, но была надежда. Современному Диогену и в голову не придет искать в Украине днем с прожектором Судью из-за безнадежности  такого предприятия. Вместо Судьи ему будут попадаться псевдо- и микросудьи, которые только в платежных ведомостях казенных структур значатся судьями.

Хотя суды и судьи стонут от перегрузки, в украинских судах решают относительно небольшое число конфликтов из-за деградации и бессилия судебной системы. Дело не доходит до суда по причине невежества или запуганности граждан Украины, а также решения жизненных проблем «через бутылку», мордобой, связи или взятки чиновникам и прочими внесудебными «процедурами».

Люмпенизированные судьи, прошедшие советскую школу и воспитанные на такой маккиавелиевской морали (для достижения цели все средства хороши), по-прежнему служат Хозяину, сильным мира сего, т.е. неономенклатуре, «денежным мешкам» и их протеже, а не Закону – это и есть «золотой фонд» нынешних юристов Украины, восседающих в судебных мантиях. Судьи – профессионалы высшей пробы и с чистой совестью тоже встречаются, но с регулярностью белых ворон среди черных. Отсутствие «критической массы» судей, достойных уважения,  –  драматический эпизод смены власти, когда произошла замена риторики, но не сути тоталитарного стиля правосудия.

Впрочем, сегодня судебный корпус стал даже хуже, чем «при коммунистах», ибо тогда судьи боялись партийной власти и откровенный цинизм пресекался. Сегодня судьи совершенно одурели от безответственности и безнаказанности и стали проблемой национальной безопасности. Если авантюристы задумают сменить режим, что в принципе не исключено, ибо нынешняя власть, как и судьи, сидят у многих людей «в печенках», то защищать ее не найдется желающих, как это произошло с советской властью.

Судебная власть Украины – это не «третья власть», а самодостаточный коррумпированный клан, наделенный де-факто фантастическими правилами без какой-либо даже символической ответственности, полностью оторванный от населения и живущий исключительно корпоративными интересами при попустительстве и даже покровительстве органов государственного надзора.

Сегодня суд Украины выродился в срамное место государства. Это «кровоточащая рана» населения и позор державы в глазах мирового общественного мнения.

Удивительная беспечность политиков к имиджу судебно-правовой системы оборачивается миллиардными экономическими потерями, ибо пугало не может служить приманкой для инвесторов, которые, похоже, разбираются в антирекламе украинских судов больше, чем иерархи исполни тельной и представительской властей.

На таких человеческих пороках, как курение или алкоголь, государство наживается. Некомпетентность и коррупция, особенно в судебно-правовых органах, приносят ему убытки. В печати встречаются оценки такого рода потерь в денежном выражении. Но я им не верю. Экономисты у нас не всегда умеют проводить толковые расчеты даже для товаров и услуг, которые лежат «на ковре». А коррупция всегда находится «в тени», «под ковром», никто не занимается ее рекламой, нет легальной сети обучения и повышения квалификации чиновников от криминала. Можно подсчитать убытки от коррупции, которые проходят через судебно-правовые органы. Но это, во-первых, «капля в море», во-вторых, в значительной мере, или «мелкота», действующая на свой страх и риск, не входящая  в мощные криминальные сети и не имеющая «крышу» в Киеве, или псевдокоррупция, т.е. жертвы подлинных коррупционеров, которые изображают непримиримую борьбу с мафией и выступают заказчиками коррумпированных судей,  которые без зазрения совести осуждаю невиновных.

Вузовские профессора и социологи проводят исследования и знакомят общественность с тревожной статистикой и дефектами взаимоотношения населения и судебной власти, но они никак не влияют на «телодвижения» политиков в части корректировки ими законов и повышения ответственности чиновников, компрометирующих  власть и государство. Приведу материалы из книги преподавателя Российской правовой академии Минюста РФ Л.С. Халдеева, которые вряд ли существенно отличаются от украинского опыта, а если и есть, то в худшую сторону.

«… наличие закона для гражданина не всегда означает быть защищенным. Надо еще иметь и достойное судейство, ибо качество правосудия больше всего зависит от людей, которые его отправляют.

Исследования показали, что почти столь же распространенным является  другой образ судьи – это образ судьи как бездушного чиновника, бюрократа…(26,8%).

Подавляющее большинство граждан решительно не верит в объективное отношение суда к участвующим в деле лицам. Почти две трети опрошенных (62%) не верит, что суд способен подойти к рассмотрению дел беспристрастно, непредвзято…

Исследованиями установлено, что в общественном сознании пока еще низок уровень готовности граждан прибегать к судебной защите своих интересов… Но кто знает, сколько нуждающихся в правовой защите не обращаются в судебные инстанции, сколько людей отказываются от борьбы за свои права?...

Не верят, что в суде можно добиться справедливости, 53,5% …

Считают, что суд не пойдет на конфликт с властями, богатыми и влиятельными людьми, 20,8%...

В общественном сознании сформировано мнение о недоступности судебной защиты… Лишь 10–15%  из числа опрошенных, обращавшихся судебные органы, остались удовлетворены оказанным им приемом, независимо от результатов  своего обращения и разрешения своего дела судом.

… части судей свойственны комплексы собственной непогрешимости и привилегии на истину в последней инстанции, сформировавшиеся под влиянием абсолютного властвования в судебном процессе.» (Судья в уголовном процессе.. М.: Юрайт, 2000, с. 383-388).

Украинской Фемиде нет нужды закрывать глаза повязкой. Она и без того инвалид – слепая, глухая, нечувствительная к людским страданиям, и циничная до неприличия к своим соотечественникам. Она плодит иллюзию респектабельности власти страны, хотя в ней нет ничего человеческого. Она, как чучело, имитирует справедливый суд, хотя на самом деле представляет ханжеский символ судебного беспредела.

Политическая мафия Украины на голову выше судебной. Если политикам будет угодно, то руками судей они упрячут за решетку кого угодно, и не требуется  при этом для обвиняемых никакой вины (почитайте роман на документальной основе экс-полковника Э.К. Карчмарчика «Суд», Харьков: ФОЛИО, 1998, 367 с.). Советская власть и коммунистический режим в судебном ракурсе оказались долгожителями. Мы «морочим маргарин» Западу, спекулируя юридическим понятиями, за которыми в благополучных странах и у нас стоят совершенно различные,  даже противоположные и несовместимые явления.

Так, в Советском Союзе не было суда, в общепринятом значении слова, а   был советский народный суд (народный суд был также у А. Гитлера). Сегодня                в Украине тоже нет суда в цивилизованном представлении, а есть  коррумпированный суд.

Президент Российского Союза промышленников и предпринимателей Аркадий Вольский «родил» однажды афоризм на актуальную тему: «Не пойман – не олигарх». И живем мы в «стране не пойманных воров». Украинские судьи в своей массе представляют «непойманных преступников». Впрочем, их пока никто «ловить» не собирается. Коррумпированные судьи гармонично вписываются  в коррумпированное государство.

Американский журналист и эссеист Генри Луис (1880-1956)в свое время изрек: «Каждый порядочный человек стыдится правительства, при котором живет».

Правительство не служит темой моего исследования, но в отношении судей любой порядочный гражданин Украины должен испытывать те же чувства, что и американский демократ с развитым осознанием общественного долга. Мне стыдно за тех граждан страны, которых не заливает краска стыда за отечественных судей.

Некоторые полагают, что нынешние «издержки» суда – следствие кризиса в стране. Но, с другой стороны, кризис в переводе с греческого как раз и означает суд. «Суд над глупостью, непредусмотрительностью и безответственностью за страну» (Форманчук А.).

Конечно, было бы неверным утверждение, что все граждане Украины недовольны и обижены судами и судьями. Доволен судьей негодяй, который откупился за совершенное им серьезное уголовное преступление. Доволен судьей «черный маклер», оболванивающий своих клиентов, который не платит налогов, но при скандале «ручной» судья, которого он подкармливает, его выручит. Ему выгоднее платить судье, чем государству. Довольны судьей хамы, которым, «благодаря» нахождению общего языка со служителем Фемиды, удается не только отвернуться от компенсации морального вреда, но и  перехватить инициативу и заработать «нетрудовой доход» со своей жертвы. «Мразь в судебной мантии» не только сама имеет «навар» от своей неправосудной деятельности, но и приносит немалые дивиденды тем,  кому в цивилизованных странах место «на нарах».

Когда я был пацаном и приходил жаловаться матери, что обижают ровесники, она говорила: «А почему меня не бьют?» Взрослые дядьки и тетки в судебных мантиях никогда не станут «бить» тех, кто принадлежит к власть предержащим или имеют «толстые кошельки». Они знают, кого можно «бить» безнаказанно, и потому они неуязвимы. Ведь страдают от них те, кто беспомощен перед государственной машиной насилия, а не те, кто мог бы их призвать к порядку.

Впрочем, страдает также авторитет государства, но циничным «верхам» это «до фени». Они живут сегодняшним днем, и их интересы не выходят за пределы поведения люмпена «хапнуть – и убежать».

Но деградация судей и судей – это проблема не только права и морали. Это проблема также экономическая, ибо коррумпированное государство со столь же коррумпированными судами отпугивает кредиторов и инвесторов от строительства долговременных планов для развития финансово-экономического благополучия молодого государства Украины.

Говорят, что профессия судьи неблагодарна, поскольку в суде выступают две стороны, зачастую с противоположными интересами, и удовлетворить их вред ли удастся одновременно. Обычно одна сторона остается недовольной. Отсюда судьям приходится выслушивать в свой адрес упреки, оскорбления, обвинения в субъективности их императивов, а то и в продажности.

Если учесть, что судьями часто являются женщины, более эмоциональные, чем «сильный пол», то профессия судьи не для долгожителей. Но это, хотя и довольно распространенная, но принципиально неверная точка зрения. На самом деле, судья всегда имеет дело с одной стороной – волей законодателя. А кому это окажется выгодно – это не забота судьи.

Судья должен психологически комфортно чувствовать, когда прислушивается лишь к голосу Конституции, законов и других нормативных актов Украины; так токарь высокой квалификации удовлетворен своим трудом, вытачивая сложную деталь, строго придерживаясь чертежа и технологической карты.

Но в том-то и «специфика» работы украинских судей, что они стремятся угодить одной из сторон. Притягивая за уши, порой довольно неуклюже, нормативную базу страны. По существу, украинские судьи – «однофамильцы» коллег из стран развитой демократии. Их роднит лишь название должности и не более того.

По закону больших чисел, среди судей может оказаться думающий и высококвалифицированный юрист, вроде Ю. Василенко в Киеве или С. Пашина в Москве. Но это следует отнести к области судебной экзотики. К тому же они не вписываются в мерзкий судебный «рельеф» и вынуждены будут покинуть кресло председательствующего. Судья с мировым именем Сергей Пашин уже сошел «с дистанции». Известному в Украине судье Юрию Василенко тоже не грозит задержаться в суде. Если, тем не менее, Вам посчастливилось встретиться с компетентным и порядочным судьей, то ущипните себя – Вы спите, – или находитесь в благополучной стране «дальнего зарубежья».

Единственная полезная нагрузка, которую несет суд и которая служит ему оправданием, – суд как форма занятости судей.

В средние века полагали, что государство – это полиция и суд. «Без справедливости и правосудия государство есть не что иное, как шайка разбойников». (св. Августин).

Взявшись внедрять передовой западный образ жизни (в первую очередь, американский), отечественные реформаторы не начали с судебной системы. Депутат-демократ Андрей Нуйкин  сказал писателю: Ю. Бореву:

«Да какая у нас демократия у власти? Власть законодательная амнистирует преступников, боровшихся с демократией, и препятствует реформам. Власть судебная – наследница «троек» – признает невиновным Варенникова, покушавшегося на демократию. Власть исполнительная – в Москве имеет известные демократические намерения и действия, но на местах, как правило, в руках старой номенклатуры. Даже четвертая власть – перса – на 9/10 в руках демократических сил. Демократия в России еще не пришла к власти.» А уж о украинской демократии и пару слов не скажешь без ненормативной лексики.

Разгрузить государственные суды Украины от рутины мог бы институт третейских судов. Но он не приживается на украинской земле, по меньшей мере, по двум обстоятельствам: высокая политизированность общества, а также дефицит порядочных людей вообще и юристов в частности.

Разве пойдет коммунист в третейский суд, когда он ищет не истину, а победу, для достижения которой хороши все средства, в том числе безнравственные? В этой книге читатель может убедиться в сказанном. Он лучше обратится в государственный прокоммунистический суд, где судьями осталась вчерашняя партноменклатура.